germes21: (Default)
Вставать рано утром – это один из талантов, данных нам небом, потому что у кого-то он есть, а у кого-то – совсем наоборот. Так вот, вставать рано утром – это дар, который иной раз приносит много полезного. Например, остается очень много свободного времени, если, конечно, вас не сморит ближе к вечеру. И совершенно точно можно насладится прекрасным и тихим рассветом, когда поющие утренние птицы еще не перекликаются с ревом автомобильных двигателей. Вот и наш первый герой - маленький, но достаточно видный - вскочил ни свет, ни заря! Его появление в такую рань было достаточно эффектным, но мало кого обрадовало. А потому второй наш герой – большой и открытый – неприветливо поинтересовался:

- Ну и чего ты вылез? На месте тебе не сиделось?
- Я смотрю, очень уж ты невежлив с гостями, - недовольно заявил первый, и немедленно покраснел от обиды.
- А чего с тобой вежличать? – буркнул второй. – Разве тебя звал кто? Нет! А ты все равно вскочил, как на трамвай. Сам знаешь, незваный гость хуже татарина…
- И чем это я тебе так не угодил?
- Как это чем? Внимание привлекать не хочу…
- Да конечно! На тебе прямо написано, что и молиться будешь, и расшибешься за толику лишнего внимания, - не поверил первый. – Так что вешай лапшу на уши – они у тебя близко, кстати, а не на меня!
- Ничего ты не понимаешь, - вздохнул второй и объяснил. – Внимание-то разное бывает. Я хочу, чтоб меня замечали потому что я чистый и красивый, потому что я не просто оболочка, а за мной ум и душа! А так все будут на меня глазеть только из-за тебя. Зачем мне такое внимание?
- Эх ты, высоколобый, так сразу и скажи – ты мне завидуешь! – рассмеялся первый. Потому что без меня ты никому не интересен – все смотрят ниже. Причем значительно ниже!
- Да кому ты нужен, - нахмурился второй.
- Вот только хмурится не надо! – попросил первый. – Собрал кожу в гармошку… У меня это раздражение вызывает!
- Экие мы чувствительные, - насмешливо заметил второй.
- Да, мы чувствительные, - решительно подтвердил первый. – Или ты хочешь искупаться в волнах моего гнева, злобы и гноя?
- Ну, естественно, гноить мы умеем! – съерничал второй. - А еще какая от тебя польза?
- Я отвечу, - согласился первый, но поставил условие. – Если ты сперва сам на свой вопрос ответишь!
- Да, пожалуйста! – возбужденно ответил второй. – Я боль снимаю! Стоит мне к чему-нибудь холодному прикоснутся – и головной боли как не бывало! А еще я охраняю интеллектуальную собственность! Знаешь какая без меня утечка мозгов начнется – страшно представить даже…
- Хорошо, хорошо… Но я ведь тоже тут не просто так, - сказал первый. – В тебе вроде семь пядей, а такие простые вещи приходится объяснять… Ты пойми, я – как желтая карточка футболисту (и не нужно на мой красный цвет смотреть). Я – это предупреждение! Раз я пришел, значит что-то не так: или питание неправильное, или гормоны шалят, или гигиена не соблюдаются! Так что нужно меры принимать, а то я никуда отсюда не денусь!
- Меры ему, - усмехнулся второй. – А не боишься, что тебя в одеколоне утопят? Или просто выдавят – вот и все меры.
- Пусть давят! – смело заявил первый! – Пусть! Но тогда на мое место придут другие! Правду не утаишь!
- Не утаишь правду? – недобро повторил второй. – Ну что ж, посмотрим…

Девушка придирчиво осматривала себя в зеркале: уже скоро в офис идти, а новый начальник такая душка, что просто обязательно нужно быть в форме. Не то, чтобы она рассчитывала на что-то серьезное, но к любой ситуации нужно подходить во всеоружии. И вдруг такая неприятность: она увидела у себя на Лбу, повыше правой брови маленький, но очень заметный красный Прыщик. Вот уж действительно принесла нелегкая! И пудрой его не замаскируешь… Что же делать? Но девушка не привыкла отступать перед трудностями. Она решительно подправила челку так, чтоб прыщик надежно закрыли волосы, и отправилась на работу.

А вы говорите, нет правды на земле, но нет ее и выше…
germes21: (Default)
Все мы живем в своих собственных мирах, но каждый из нас должен общаться с другими людьми. У кого-то это получается очень хорошо, он отлично чувствует себя среди незнакомцев: с удовольствием распахивает свою душу настежь, и нескромно лезет в чужие дела. А у кого-то напротив, просто не удается в окружении чужаков вылезти из собственной раковины - и наша героиня, к своему несчастью, принадлежала именно этой группе.

У ее родственников и коллег были схожие проблемы, и решали они их каждая по-своему. Одни свободно вращался среди людей, не чувствуя ни малейшего дискомфорта, другим помогало раскрыться высокотехнологичное оборудование и сложные компьютеры, третьи, чтобы открыться перед чужими людьми пользовались услугами специалиста. Наша же героиня для посторонних людей мало чем отличалась от глухой стены – она позволяла себе раскрыться только перед самыми близкими. Она была закрытой натурой, и когда до нее пытались достучаться – а, надо признать, такое происходило время от времени – то использовали совершенно неверные методы. Иногда, чтоб заставить ее открыться, ей звонили, избегая личного контакта, а регулярно даже били, притом не только руками, но и ногами! Естественно, далеко не всегда это давало позитивные результаты – наша героиня стоически сносила побои и игнорировала звонки. А ведь все было бы гораздо проще, если бы к ней относились, как и к каждой женщине – то есть как к загадке. Ведь чтобы получить нужный ответ всего-то и потребуется, что отыскать правильный ключик, притом, вовсе не обязательно золотой – просто именно тот самый, единственный подходящий! И если ключик будет найдет, то свершится чудо! Нелюдимая главная героиня раскроет свою душу и обнажит все сокрытые за ней тайны, комнаты и коридоры забитые повседневной жизнью, старыми воспоминаниями и волшебными мечтами…

У каждого из нас есть ключик, каждого можно открыть чем-то, что интересует его сильнее всего. Например, наша героиня больше всего в мире любила сказки о циклопах: ведь у нее, простой Входной Двери, точно также как у этих древних мифологических существ, был всего один глазок.

А вы говорите, чужая душа – потемки…
germes21: (Default)
Все знают, что служебные романы до добра не доводят. Эта жизненная теорема была доказана бесчисленным количеством слез, разбитой в гневе оргтехники и заявлений об увольнении. Наш главный герой тоже даже и не думал сомневаться в этом, более того, вся его трудовая деятельность была наглядной иллюстрацией сего неписанного правила. Однако он просто ничего не мог с собой поделать! По роду профессиональных обязанностей ему приходилось работать в тесном сотрудничестве с напарницей. И волей не волей, достаточно быстро между ними возникало нечто большее, чем просто деловые отношения.

Наш главный герой считал, что его работа роднит его с лесорубами – она тоже была связана с борьбой с излишней растительностью. И как лесоруб привязан к своей пиле, так и наш герой был абсолютно бесполезен без своей коллеги. А работа в таком тесном контакте рано или поздно приводила к неизбежному – отношениям на рабочем месте. И каждый раз повторялась одна и так же история. Сперва чувства были остры и ярки, но вскоре возникали и неизбежные трения. Его подругам все время казалось, что наш герой пытается контролировать каждое их движение, потом они обвиняли его в том, что он недооценивает их вклад в общее дело. Вечные споры давали свой результат – возникало раздражение, а в самых крайних случаях могло дойти даже до кровопролития! Довольно быстро герой понимал всю тупость и ограниченность своих временных спутниц и предлагал расстаться по-доброму. Но после служебных романов невозможно остаться просто друзьями. Бывшие любовницы уходили, и, не в силах найти себе другое применение в буквальном смысле оказывались на помойке. А наш герой оставался на работе и быстро находил успокоение с новой подружкой.

Конечно, нашего героя можно было обвинить в бессердечии, в конце-концов сердца у него действительно не было. Но он искренне переживал за судьбу всех своих девушек и, будь его воля, обеспечил бы каждой счастливое будущее. Он считал, что во всем виновата его работа: когда твое призвание – следить за красотой, то тут уж обязательно научишься отбривать всех, кто тебе уже не подходит. Продолжать так жить дальше он просто не мог,а потому глубоко в душе лелеял мечту радикально поменять вид деятельности. Больше всего ему бы подошла фабрика, считал наш герой. Там ведь всегда нужны были станки, а значит и ему – Бритвенному Станку – нашлось бы подходящее местечко! Только бы больше не приходилось ломать жизни ни в чем не повинным бритвам.

А вы говорите, с глаз долой из сердца вон…
germes21: (Default)
Первый: Начинаем перекличку.
Второй: Не указывай тут, ладно?
Первый: Не шуми, вижу, что ты есть. Длинный?
Третий (грубо): Сам ты, %;№, длинный! Нашелся тут командир, :%;! Да пошел ты…
Второй (прерывает): Хочешь, покажу куда?
Третий (грубо): Да я и сам ?:% могу!
Первый: Тихо! Можно как-то мысли поприличнее выражать, вы ж не в автомобиле! Так теперь этот, как тебя…
Четвертый: Забыл, как меня зовут? Ну, так, давай! Поотгадывай мое имя, попади пальцем в небо! Столько лет вместе, а он забыл, как меня зовут… Просто замечательно! И так ведь всегда!
Первый: Ой, ну вот только не надо причитать, хорошо! Что это ты, кстати, на себя за бирюльку напялил?
Четвертый (кокетливо): Что, нравится? Чистое золото!
Первый: Вот еще! Вот объясни мне, что это за нездоровая страсть к украшениям? Ты в этой бижутерии – как собака в золотом ошейнике!
Четвертый: Это не бижутерия! Это символ! Это…
Второй (прерывает): Ты, брат, и правда, чего-то не того делаешь. Не мне, конечно, тебе показывать, как жить, но украшение получил только ты, а свободу мы все потеряли…
Первый: Отставить разговорчики в строю. Мелкий! Мелкий, ну а ты то чего опять в ухе ковыряешься? Сколько можно!
Пятый (продолжает ковыряться в ухе): Лучше я, чем вы. Вон вы какие большие, а в ухе ковырять – дело тонкое и травмоопасное…
Первый: Мелкий, будешь пререкаться – пойдешь за пивом! Где у нас пиво?
Второй (показывает): Воооон там! Холодненькое!
Первый: Видел? Так что прекращай по-хорошему!
Пятый: Слушай, вот я не понимаю, Толстый, кто тебя поставил главным? Дать тебе добрый бесплатный совет?Если хочешь, чтоб тебя хотя бы слушали, не противопоставляй себя коллективу.
Первый (возмущенно): Это когда это я противопоставлял?
Пятый: Да все время! Помнишь давно еще, в самом детстве, когда холодно было – мы все были в одном спальнике, а ты – грелся сам по себе!
Первый: Но я…
Второй: Или когда радость у всех, или в восторге мы! То все собираются вместе, плотнее, так сказать. А ты торчишь вечно один, как перст! Показываешься! Хотя показывать – мое дело, а не твоё!
Первый: Так я…
Третий: И в драке – мы все в первой линии, костями, костяшками нашими рискуем! А этот ?:%№ вечно где-то в стороне!
Первый: Да ведь…
Четвертый: В общем, хватит противостоять!
Первый(обиженно): Да если б я не противостоял, все б до сих пор на четырех ногах бы бегали, или по деревьям лазили…
Пятый: Это мы понимаем! Но ты нас тоже пойми – надоели твои команды и вечные придирки. Ты ведь уже Большой, а ведешь себя как маленький. А мы ведь братья! Из одной ладони выходим!
Первый (примирительно) : Хорошо, Братья-Пальцы… Я, постараюсь исправиться, честное слово! Кстати, дело есть! У хозяина просят в долг! А ну, Указательный палец, я между тобой и Средним стану… Хором, братья, хором! Отвечаем…
Все (сгладывают дулю): Денег нет!

А вы говорите, все равны как на подбор...
germes21: (Default)
Они встретились там, где широкая река впадала в глубокое море, а потому вода была еще не очень соленая, но уже совсем не персная. Они встретились потому, что кроме них двоих, таких, как они на свете больше не было, а значит, им было крайне необходимо время от времени встречаться, чтобы обсудить работу и просто поговорить о разных превратностях жизни. Раньше на их встречи приходил еще и третий, но он принадлежал к совсем другому классу, был очень стар и все чаще пытался обрести дом и покой на дне бутылки, а потому наши героини только радовались, что больше не имели с ним дело.

- Привет, подруга, - буднично сказала первая героиня, которая была куда больше своей коллеги, но зато уступала ей в яркости. – Как жизнь, как работа?
- Ой, давай только не будем сразу о работе. – взмолилась вторая героиня. – Сфера услуг, особенно в нашем секторе – это же сущий кошмар. Сделаешь ты то, о чем просят, или нет – абсолютно не важно. Все равно или им мало, или что-то не то! Хоть бы какие ограничения ввести, как на Востоке делают! Так ведь нет! Они все ходят и ходят, все просят и просят…
- И не говори, - грустно согласилась первая. – Я вот хоть не какой-то там малек, а на начальственной должности - многое по моему велению делается – а все равно, никакого покоя…
- Да … - протянула вторая. – Говорила же – ни слова о работе. Давай лучше о нашем, о женском посудачим! Как там у тебя на личном фронте?
- Не поверишь – поражение за поражением. – начала первая. – Был у меня один… Дурак редкий! Доставал меня сперва долго, видно запомнил, что без труда не вытащишь рыбку из пруда. А я что? Вижу такое усердие – и тоже помягче стала, а потом, видно разглядела в нем что-то, уж не пойму что. А он… Как добился моей взаимности – разленился страшно! Лежит себе в тепле, и в ус не дует. Я и работала за него, и автотранспортом обеспечила эксклюзивным, и перед начальством отмазывала. И что за это получила? Черную неблагодарность – ушел он от меня. Нашел себе там другую. Царевну… Вот мерзавец!
- У меня та же ситуация! – возбужденно закричала вторая. – Познакомилась я с неким мужчиной. Очень импозантен был, хоть и в годах. И самое ж главное – он сам меня на крючок поймал! Сам охмурял, сам в своих сетях опутал, паук чертов… Я ему и технику бытовую новую подбросила, и жилищные условия подправила, и социальный статус повысила! Без меня был он был босяк-босяком! Я ж его в высший свет вывела!! И чем все кончилось? Все, гад, втихомолку на свою старуху переписал! Думал, бросит меня – а потом с него взятки гладки, мол, имущества никакого нет! Ну да ничего у него не вышло! Остался с тем чем и начинал – с дулей в кармане…
- Да… - задумчиво проговорила первая. – Не везет нам в личной жизни просто катастрофически. Ну ладно я, но ты же: баба - чистое золото, а туда же! Все из-за работы…
- Все из-за работы, - согласно повторила вторая. – Из-за нее проклятой! И почему люди не понимают, что нет ничего хуже и скучнее мечты, которая исполнилась? Особенно если ничего для этого не делать. И что, если счастье просто упадет с неба – то никакое оно не счастье, а вовсе наоборот. Радости от такого не будет ни исполнителю желания, ни тому, кто его загадал.
- Вот и выходит, что дар наш – никакой ни дар, а проклятье, - подытожила первая. – Ни нам от него пользы нет, ни людям…
- Слушай, - оживилась вторая – Золотая Рыбка – и предложила, - а давай пожелаем друг у дружки стать обычными? Чтоб жить дальше без магии и прочих глупостей.
- А эта идея, - признала первая – Волщебная щука – и по привычки пробормотала, - По щучьему велению, по моему хотению, стань ты – Золотая рыбка – рыбкой обычной!

Золотая рыбка сперва не заметила в себе перемен, но затем вдруг поняла, что в ней теперь нет ни капли волшебства! Она радостно взмахнула хвостом и поплыла в сторону моря.
- Погоди-погоди!! – попыталась остановить ее Щука. – А как же я?
- Ааааа! Говорящая рыба! – передразнила подругу Золотая рыбка. – А что ты? Подружка, я ведь уже не волшебная, и желаний исполнять не могу. У меня теперь другая забота – еду искать да мальков растить…
- Но ты же обещала, - расплакалась Щука. – Я ведь для тебя, а ты…
- Ну-ну-ну, зачем ты плачешь, ты же не крокодил. А главное, ты пойми, - объяснила Золотая рыбка. – Если и ты станешь обычной, то у людей исчезнет даже надежда на чудо! Чудеса им не очень-то и нужны – и сами всего достигнуть могут. А вот надежда… Это совсем другое!

И больше Золотая Рыбка и Волшебная Щука никогда не встречались.

А вы говорите, на Бога надейся, а сам не плошай.
germes21: (Default)
Наши героини встретили темной безлунной ночью, в тот чудесный период года, когда лето уже не такое жаркое, а осень еще совсем не сырая. Мертвая тишина нарушалась только редкими сверчками и далеким, а потому чуть слышным гомоном, чьим источником был совсем новый ночной клуб, открытый на месте очень старого городского парка. Наша первая героиня – яркая и броская, была по случаю теплой погоды скорее раздета, чем одета. Она брела по густой мокрой траве и смотрела на бескрайнее черное небо. Видимо ее душой овладела ночная романтика, а потому она рискнула обратиться ко второй героине в весьма фамильярном тоне.

- Доброй ночи, сестра! – прокричала первая и помахала рукой. – Как поживаешь, что нового слышно?

Надо признать, что заговорить с нашей второй героиней часто пытались влюбленные и поэты. Но она была настолько выше всей этой земной суеты, что никогда не удостаивала их вниманием. Но теперь наглость обращения настолько поразила ее, что она снизошла до ответа:

- Сестра? – возмущенно повторила она, пренебрежительно глядя сверху вниз. – Да кто ты такая, чтобы назвать меня своей сестрою?? Сдается мне, что кто-то совсем запустил «звездную болезнь»…
- Вовсе нет! Как же ты не видишь, - невозмутимо ответила первая. – Мы ведь так похожи!
- Это чем же, например? – обиженно спросила вторая.
- Смотри. Прежде всего, и от тебя, и от меня очень редко можно ожидать чего-нибудь сверхнового.
- Предположим, - согласилась вторая.
- Дальше, мы обе, считай, никому не светим и не греем…
- Ну, это здесь, - возразила первая. – А там, у себя, я именно что и свечу и грею!
- Для своих - я тоже горячая штучка: это у меня профессиональное, - настаивала первая. - Но если брать в расчет только то, что думает о нас обычный человек – то я все-таки права!
- Хорошо, согласна, - недовольно буркнула вторая. - Еще что-нибудь?
- Конечно! Мы обе окружены коллегами, от которых, по большому счету, ничем не отличаемся, и наши имена знают только узкие специалисты и самые преданные поклонники! Обе мы достаточно высоко забрались, но можем и вниз упасть…
- От моего падения хоть у кого-то желание исполнится, - буркнула вторая.
- От моего - тоже, - заверила первая. – Притом все как раз и будут желать, чтоб я по-скорее со своего Олимпа свалилась...
- А ты не забыла добавить, что мы обе не умеем петь? - язвительно поинтересовалась вторая.
- Нет, вот тут я не согласна. Петь я умею – всегда по пению были одни пятерки. Петь вообще очень просто – труднее найти тех, кто тебя слушать будет… - призналась первая. - У меня вот это получается с трудом. Но не будем о грустном, тем более, я знаю еще одну нашу схожую черту!
- Это какую же?
- Мы обе ведем ночной образ жизни! Ночью мы сияем, а днем и ни тебя, ни меня, никто никогда не видел!
- Кстати, уже скоро рассвет, - сказала вторая. – Мне пора исчезать.
- Да и мне не мешало бы отоспаться, - не стала спорить первая.
– Так что, давай прощаться, сестра? – ухмыльнулась вторая – настоящая Звезда.
- До встречи, сестра! – прокричала первая – «звезда» эстрады.
- Ты приходи завтра, - предложила Звезда. – Еще поговорим…
- Конечно, - пообещала поп-звезда. – Я обязательно буду!

Но в следующую ночь звезды – небесная и человеческая – так и не встретились. Все дело в том, что, проснувшись ближе к вечеру, поп-дива ничегошеньки не помнила о ночном разговоре. А если бы даже и вспомнила, то наверняка приняла бы его за пьяный бред. И, кстати, очень возможно, что именно этим и были все ее необычайные ночные приключения.

А вы говорите, против человеческой славы бессильны даже боги…
germes21: (Default)
Он: Добрый вечер! Я к Вам, и вот по какому вопросу…
Она (прерывает): И тебе не болеть, внучек. Только ты – это кто?
Он (достает удостоверение): Налоговый инспектор!
Она: И зачем ты, налоговый инспектор, ко мне, старушке, пожаловал?
Он: Известно зачем! Недоимки взыскать!
Она (удивленно)? Ты что, сынок, какие недоимки? Я старушка скромная, одежу не покупаю, в обуви модной не нуждаюсь. Перебиваюсь с салата на одуванчики… А ты «Недоимки, недоимки»!
Он: А дом как же? За жилплощадь сколько лет уже не платили?
Она: А чего за него платить-то, внучек? Газа нет, электричества нет, даже отопления – и того тоже не провели! Все ж сама, все ж своим телом!
Он: А Вы не сбивайте меня, пожалуйста! Что с газификацией и электрификацией у нас плохо – то нашего ведомства не касается, то Вы у местных властей спрашивайте. Случай, конечно, очень нехороший – так о стариках не заботиться, но это не оправдание того, что налог на недвижимость не уплачен!
Она: Эй, внучек, бабушка, конечно, старая, но еще не совсем дряхлая-то! Почему недвижимость? Вполне еще движимость!
Он (оживившись): Вон оно как значит выходит? Это у вас получается, что-то типа трейлера, да? А права на него имеете? Доверенность? Аптечка, запаска?
Она: Эй, милай! Ну какая тебе запаска? Я тебе что, зайчик, что под трамвайчик попал?
Он: А вот путать меня не нужно! Порядок должен быть. Может Вы трейлер ваш из-за границы привезли? Вон он у вас какой красивый, с отделкой черепаховой, с кожей натуральной. Во всем разобраться надо, и уплатить все сколько положено!
Она: Уплатить? Так чем мне платить, сынок! Я старушка бедная…
Он: А у нас есть другие сведения!
Она (причитает): Что ты, внучек, что ты… Какие такие другие?
Он: Имеем информацию, что Вами было продано ювелирное изделие из золота 94 пробы. Покупатель – несовершенно летний Б… П…, черт, неразборчиво написано…
Она: Да чего ж, продано, внучек? Подарок это был! Мальчонка уж больно честный, и на воде как держался…
Он: Подарок? Тем лучше! Налог на дарственную уплачен? Несовершеннолетний не приходился Вам кровным родственником, да и сиротой не был. Отец у него есть – солидный человек, директор театра. Далее… Призовые!
Она (удивленно): Какие такие призовые?
Он: За участие в легкоатлетических соревнованиях, в том числе коммерческого характера – один на один. По нашим данным, Вы становились неоднократным победителем таких забегов, а ваш извечный соперник – известный атлет, между прочим - никак вас догнать не мог. Как его имя-отчество не напомните? Он потом еще из большего спорта ушел, так как сухожилие на голени повредил…
Она: Внучек, так то когда было та…
Он: А это как раз, значение не имеет. Кроме того, есть сведения, что Вы пытались принимать участие в незаконной торговле органами!
Она: А это-то откудава вы взяли??
Он: Имеются показание потерпевшей – она утверждает, что Вы пытались продать ее печень некой коронованной особе…
Она: Вот обезьяна!! Да врет она все! Не было ничего такого!!
Он: Гражданка Черепаха, а давайте обойдемся без оскорблений! Так что, будем платить, или будем продолжать Ваньку валять?
Она(решительно): А знаешь что, внучек? Я Черепаха старая, мне уже 300 лет исполнилось. А из Пенсионного фонда получила не деньги, а шиш с маслом! Вот с них все мои недоимки и сними. И вообще, я домой пошла (прячется).
Он (в замешательстве стучит по панцирю): Гражданка Черепаха…
Она: Никого дома нет! И вообще, служивый, не беспокой меня, а то как впаду в спячку. (высовывается) А как принесешь мне пенсию за 240 лет – вот тогда и поговорим…

А вы говорите, от смерти и налогов не убежишь…

Пояснительный мультфильм:

germes21: (Default)
Наш герой давно привык к просто ужасающей тесноте. Прежде всего, у него был по настоящему стальной характер, а потому к незначительным житейским неприятностям он относился с пренебрежением. Да и потом, все-таки отдельное местечко, специально для тебя – в общем, совсем не то, что было раньше. Но вот жажда знать… Она была гораздо хуже: рыжей ржавчиной изъела ему душу, и требовало немедленных действий. Подумал наш герой и решил наконец-то выйти наружу, осмотреться, и узнать, что в окружающем мире происходит. Но как только он двинулся вперед, то сразу услышал чьи-то, произнесенные тихим шепотом, предостережения, которые, как оказалось, предназначались именно нашему герою.

- Ты куда полез?? – еле слышно запричитал голос незнакомца. – Послушай меня, не ищи неприятностей!
- Прежде всего, с кем имею честь? – поинтересовался наш герой.
- Тише, прошу тебя, - прошептал незнакомец. – Я твой сосед, я такой же, как и ты. А поэтому поверь мне на слово, и не высовывайся! От этого добра не будет…
- Но почему? Я просто хочу осмотреться! Узнать, что у нас делается, да как у других дела! Что в этом плохого?
- Что именно ты хочешь знать? – спросил незнакомец. - Если я отвечу на твои вопросы, ты вернешься обратно? Тогда спрашивай!
- Ну… Даже не знаю, - смутился наш герой. – Ну хотя бы вот такой простой вопрос. Мы действительно живем лучше, чем остальные?
- Конечно лучше! Ведь у нас – человеческое отношение, персональный подход, ручной режим, понимаешь! А там… Там ты всего лишь один из обоймы. Поставят на нужное место, пшик – и торчи где воткнут всю оставшуюся жизнь. Пневматика, и никакой духовности.
- А откуда ты знаешь? Ведь ты это сам не видел, а просто слепо поверил в то, что тебе сказали. А я не хочу быть таким, как ты. Я не хочу верить, я хочу знать! Хочу сам все увидеть, сравнить, сделать выводы...
- Глупец! - презрительно прервал нашего героя сосед. – Неужели ты думаешь, что тем, кто сверху, есть дело до твоего любопытства? Их беспокоит только удобство и безопасность собственных задниц! А такие любопытные как ты, которые без их помощи и не по их воле пытаются вылезти наверх, для них - всего лишь необязательные помехи!
- Погоди, что значит – помехи? В конце концов, это мы создаем ту основу, на которой восседают те, кто сверху, - уверенно заявил наш герой. – Без нас все развалится, вся эта сложная конструкция, которая так нужна именно им – тем, кто сверху! Так неужели они не обязаны нам хотя бы отчетом? Или просто правом самим посмотреть, как же обстоят у нас дела?
- Хочешь права покачать? Ну что ж, попробуй. В конце концов не ты первый, не ты последний. Ищешь приключений на свою шляпу? Так ты их найдешь, - пообещал сосед. – Прибьют тебя, как пить дать прибьют. А не захочешь стать на место – заставят. Станешь неудобством, и в тот же миг те, кто сверху, силой заставят тебя согнуться, или вообще выдерут и выкинут, как ненужный металлолом. А на твое место возьмут другого. Так что, хочешь продолжать свои поиски истины?
- Хочу, - упрямо пробормотал наш герой. – Будь что будет, но я узнаю, хотя бы и ценой своей жизни узнаю, что там происходит на самом деле!
И оставив позади недовольно бурчащего соседа, он продолжил свой путь наверх.

- Папа, - обиженно сказал маленький мальчик. – Пап, я делал уроки, а меня стул уколол!
- Стул уколол? – рассмеялся отец и взял в руки молоток. – Ничего страшного, сынок, это, наверное, гвоздь вылез. Сейчас я его забью обратно, и снова все будет в порядке.

А вы говорите, знание – сила…
germes21: (Default)
Она: Почему мне кажется, что ты меня стесняешься?
Он: Ничего я не стесняюсь, глупости какие…
Она: Ну, конечно, глупости! Чего же тогда ты меня постоянно прячешь? Стыдишь? А ведь не известно еще, кто кого стыдиться должен! Банкир овощной!
Он (удивленно): Кто-кто??
Она: Да! Именно овощной банкир. Еще и дурак при этом. Берешь на хранение чужие овощи, и имеешь за это шиш с маслом. Много тебе принесла забота о чужом урожае? То-то… Вот потому-то ты весь и в заплатках!
Он: Слушай, острая ты моя, а можно без этих твоих вечных подколок? И так весь сыплюсь уж не знаю даже от чего, от усталости или похудел сильно…
Она (в сторону): Уточняю, не похудел, а прохудился!
Он: Ага, давай! Еще за это меня поколи. Мало без тебя дырок! В бюджете семейном дырка, в сердце дырка…
Она (возмущенно): В сердце дырка?? Это с чего бы это вдруг?
Он: А с того! Бывшую свою вспоминаю. И как я ее на тебя променял? Она, конечно, скользкая была штучка, зато хоть чистоту соблюдала. А от тебя только постоянные уколы и получаешь! Я, может, и правда только на то, чтоб картошку с морковкой таскать гожусь, но от тебя-то какая польза?
Она: От меня? Да ты хоть знаешь, как я обувь делать умею? Да без меня ни один модельер не обойдется!
Он(злобно): Ну и шла бы к своим модельерам!
Она: Я бы пошла, да тебя, дурака, бросать не хочу.
Он: Это почему еще?
Она: Потому что знаю, что любишь меня.
Он (насупившись): Вот еще.
Она: Ой, да ладно! Я то тебя хорошо знаю. Это ты только снаружи грубый и шероховатый, а внутри ты совсем другой.
Он (усмехаясь): Темный, пыльный и грязный?
Она: И это тоже! Вымыть бы тебя не мешало… Но я о другом. Я ведь знаю, что я всегда в тебе. Даже когда сам ты занят своей картошкой и прочими корнеплодами! Все равно ты вспоминаешь обо мне. Ведь я всегда в твоих мыслях и в твоей душе, скажешь, нет?
Он: Не знаю даже…
Она: Тогда подумай, обо мне! Подумай! Ну как? Кольнуло-то внутри?
Он(удивленно): Кольнуло! Только не больно совсем, а наоборот даже… Как подумаю о тебе, так сразу тоненькие иголочки изнутри колют.. Это и есть любовь? Да?
Она (умиротворенно): Ну вот! Ну и как тебя такого бросить можно? Только вот ответь, зачем ты меня прячешь? Все равно ведь ничего не выйдет – все узнают про нас. Ты же тайны хранить не можешь, у тебя же любой секрет из всех щелей виден. Но узнают и узнают. Ведь ничего страшного в этом нет.
Он(чуть слышно): Я просто боюсь тебя потерять… Вдруг кто-то плохой поймет, что у меня есть ты? И нас разлучат... А ведь ты для меня самое дорогое, что у меня есть! И я не променяю тебя даже на сто тысяч миллионов килограммов картошки, Шило!
Она: Мешок, ну что ж ты такое говоришь? Шило в мешке, конечно, не утаишь, но я ведь не вода, а ты – не решето, хоть дырок в тебе и порядочно. Никуда я от тебя не денусь, и мы всегда будем вместе.
Он (радостно): Обещаешь?
Она: Обещаю...

А вы говорите, милые бранятся, только тешатся…
germes21: (Default)
Новичку было холодно и неуютно на новом месте. Его окружали незнакомцы таких странных форм и цветов, которых он раньше никогда и не видел, а потому заговорить с ними он просто не решался. Но новичку так хотелось с кем-нибудь пообщаться, чтобы просто узнать, куда же это его угораздило попасть. И вдруг он заметил того, кто был похож на него, ну буквально как две капли воды!

- Сегодня что-то холодновато, - попытался начать беседу с новым знакомым новичок.
- Это ты мне, салага? – неприветливо поинтересовался здешний старожил.
- Просто я хотел узнать, где я, а Вы ведь такой же, как я, вот я и подумал…- робко начал наш герой, но был самым грубым образом прерван.
- Такой же как и ты?? – грозно переспросил старожил. – А ты умеешь, как я крутиться, чтоб успевать и тут и там? Что, нет? Так я и думал. А если лоб в лоб, как на Пасху, то небось потечешь сразу?
- Потеку, - честно признал новичок.
-То-то же. А говоришь, что мы одинаковые, – смягчившись, усмехнулся бывалый. – А ты, как я погляжу, совсем еще сырой. Ну, ничего, здесь это быстро поправят. Держись меня, брат, и будет все в порядке. А нет – можешь в такой переплет попасть, что зашибут и не посмотрят – будешь ты у нас всмятку. Хочешь быть всмятку?
- Не очень, - промямлил новичок, и спросил. – А где это здесь?
- Ну давай я тебе расскажу с самого начало, ab ovo, так сказать. Ты, кстати, латынь знаешь? – поинтересовался старожил.
- Не знаю, - грустно ответил новичок. – А нужно?
- Не нужно. Но все равно рассказать тебе ничего не могу. Права не имею. Военная тайна, знаешь такого зверя? – отрезал бывалый. - Может еще есть вопросы, только по-проще.
- Почему здесь так холодно?
- Ну, брат, холод – это хорошо. Радуйся холоду, пока можешь. А вот жара – это куда хуже. При нынешнем климате, жара – это как на сковородку попасть. Представляешь, какого это, на сковородке жариться?
- Не представляю, - испуганно заверил новичок.
- Еще представишь, - пообещал старожил. – Но ты не бойся! Ты уже не птенец оперившийся, да и доля петуха тебе не грозит. Так что все будет в порядке! Немножко тренировки, и станешь таким же крутым, как я.
- А как становятся такими крутыми, как Вы? – заискивающе поинтересовался новичок.
- Ну, смотри молодой, объясняю один раз, - начал рассказывать всезнающий бывалый. – Чтобы стать крутым – мало умения крутиться. Нужно чтоб жизнь тебя как следует ошпарила, нужно в огне побывать, нужно повариться во всем этом бардаке! Понимаешь меня, салага? И вот тогда ты будешь ко всему готов, ты будешь крепок и силен! Тебя уже просто так не разобьешь, ни мышью, ни ножом, ни чем-нибудь потяжелее. Хотя, от такой жизни и запачкаться можно.
- Как так – запачкаться? – не поверил новичок.
- Если б мы не пачкались, то чего бы нас чистили, как думаешь? – рассмеялся старожил. – Да пошутил я, пошутил. Не бойся. И вообще хорошо, что ты тут появился – останешься за меня. А мне, чую, скоро в бой! Бросят меня в такой винегрет, ну да и я себя не посрамлю. Может и нарубят в салат, но я зато их…

Бывалый говорил бы еще долго, но тут дверь холодильника раскрылась и пятнадцатилетний мальчик заметил наших героев, лежащих рядом на полке.
- Мам, чего-то мне есть захотелось, - закричал он.
- Сделай гоголь-моголь, в холодильнике есть сырое яйцо, - ответила мама из комнаты.
- Чего-то неохота готовить... Ма, а можно я крутое яйцо съем? Оно со вчера еще осталось.
- Ешь, конечно. – согласилась мама. – Только тогда аппетит не перебей, ужинать скоро.

А вы говорите, опыт, сын ошибок трудных…
germes21: (Default)
Что может быть приятнее, чем неожиданная встреча старых подруг? Раньше они шли по жизни плечом к плечу: работа у них была одна, и даже жили они вместе. Потом пути-дорожки разошлись, и остались только воспоминания. Но как раз воспоминания – это то, чем совершенно не жалко поделиться, особенно с тем, кого не видел так давно.

- Подружка, привет! Сколько ж мы с тобой не виделись! – радостно закричала первая, стройная и крепкая.
- Привет, привет, - еле слышно ответила вторая, сгорбленная, по-старушечьи сморщенная. И флегматично согласилась – Да, время идет…
- А ты покрасилась? Носишь теперь только черное? – жизнерадостно спросила первая, хотя ее неприятно поразило, как изменилась ее подруга, а потому она соврала. – Тебе очень идет.
- Идет? Может быть… - тяжело вздохнула вторая. – А ты ничуть не изменилась. Все так же любишь, чтобы голова была зеленая...
- Раньше и ты так любила, - напомнила первая. - Да и потом, мой час еще не пришел. А где ты пропадала? Наши все время о тебе вспоминают! Сбежала все-таки из общаги – вот уж и правда коробка была, помнишь?
- А где бывают те, в ком отпала нужда? В куче таких же ненужных старух, которые только и ждут, чтобы отправиться на помойку, - печально забормотала вторая.
- Ну-ну-ну!! Откуда такая грусть? – изумилась первая. – Разве на пенсии жизнь заканчивается? Наоборот – все начинается с чистого листа! Ты ведь призвание уже выполнила. Как ты зажигала в свое время, как зажигала! Вспомни, подружка!
- Зажигала… - злобно пробормотала вторая. – Действительно, зажигала на славу… Так зажигала – что вся и сгорела на работе. Да гори они синем пламенем, такие воспоминания, как жизнь моя отгорела…
- Зато ты обрела покой, - с надеждой предположила первая.
- Если бы, - возразила вторая. – Помнишь, подруга, мы раньше с тобой думали, что сера – это от Дьявола. Что от нее весь это зуд, от нее постоянное желание поскрести голову. Во мне сейчас ни грамма серы, но обрела ли я покой? Нет, и еще раз нет! Только тоску…
- Но ты несла свет и тепло, - продолжила спорить первая. – Так же, как это не сегодня-завтра буду делать я.
- Да, несла, - согласно кивнула вторая. – И посмотри на меня сейчас… Я отдала служению свою душу и свою плоть. Мы с тобой ровесницы, долго жили бок о бок. А ты и сейчас сильная и крепкая – тебя не сломать. А я, а что я? Ведь я уже даже детям не игрушка. Все время боюсь, что от малейшего чиха распадусь в труху и оставлю на память о себе только маленькое угольное пятнышко. Вот я и думаю, так ли это нам нужно – это наше призвание? Неужели мы действительно должны все время быть проводниками, чтоб кому-то - не нам - стало чуть теплее, или чуть светлее?
- Но такое служение другим – смысл нашей жизни, - серьезно заметила первая. – А жить без смысла – так лучше и вообще не появляться на свет. Я согласна исполнить свой долг, а дальше…
- А дальше? - с надеждой спросила вторая.
- А дальше, подружка, мы снова будем вместе! Будем говорить, вспоминать были дни, и, возможно отправимся попутешествовать, - весело пообещала первая – все еще целая Спичка, и призналась – Я вот только одного боюсь, что меня потратят, чтобы подкурить сигарету. Глупо отдавать свою жизнь и здоровье, чтобы отнимать жизнь и здоровье у других, ведь правда?
- Хорошо бы все было так, как ты хочешь, - мечтательно сказала вторая – Сгоревшая Спичка, и первый раз за долгое время подумала, что и в ее будущем может быть что-то хорошее…

- Сынок, поставь-ка чай, - попросила мама.
- Обязательно, - ответил сын и зажег конфорку. – Ма, а куда вы спички сгоревшие деваете? Ох ты, а вот и еще одна…
- Выкинь их в окошко! – крикнула в ответ мама.

Так и началось долгожданное путешествие двух наших подруг.

А вы говорите, последний бой – он трудный самый…
germes21: (Default)
Когда в колчане Амура заканчиваются стрелы…

Любовь, как и лесной пожар, не появляется сама собой. Ей нужны проводники, посредники и слуги, и лишь с их помощью ее пламя вспыхивает ярко, как расплавленная сталь. Катализатором Любви может стать что-то очень обычное: невинный взгляд, случайный жест, высказанная вслух потаенная мысль, письмецо в конверте с крылышками, покрой одежды, кольцо с бриллиантом, толстый кошелек, слова «Я люблю тебя»… Но бывают у Любви и более странные помощники, к которым, вне всякого сомнения, относилась и наша героиня.

Основная профессия нашей героини имела очень мало отношения к романтике. Ее названные сестры работали в текстильной промышленности и сфере высоких технологий, а она, все также по старинке, предпочитала работать с бумагой. Иногда, кроме карт и ватманов с чертежами и таблицами, ей приходилось уделять внимание постерам и фотографиям «звезд», но такой приработок наша героиня презрительно называла про себя «пригвоздить гламурную попсу к стене позора». Она была невелика размером, но ее убеждения были прямы и остры, да и покоились на прочном основании, а потому, только в самых крайних случаях, ей приходилось сгибаться под тяжестью обстоятельств. И все же, для нашей героини не было большего удовольствия, чем оказаться не на своем месте.

Любовь и боль взаимосвязаны, и одной без другой не бывает. А потому, каждый раз, прокалывая жесткую внешнюю оболочку, наша героиня чувствовала, что она добирается до самых глубин трепетной человеческой души и доставляет тем самым свое незримое послание. «Стрелы Амура ведь тоже острые, - любила говорить наша героиня – Канцелярская Кнопка - когда сорванцы-мальчишки подкладывали ее на стулья своих маленьких одноклассниц – А значит, я и они – мы вместе делаем одну и ту же работу». А ведь и правда, кто знает, не вырастит ли что-нибудь невероятно красивое из этих невинных детских шалостей…

А вы говорите, бьет, значит любит.
_________________________________________________________________________________

Герой слышимого фронта.

Есть такие профессии, к представителям которых буквально все окружающие испытывают устойчивую, и абсолютно незаслуженную ненависть. Вот, например, зубные врачи! В свободное от зубной боли время обычные граждане предпочитают держаться от них как можно дальше и шарахаются от стоматологов, просто как от огня. К той же категории относятся работники «ГАИ» и налоговые инспекторы – как бы хорошо они не работали, все равно никогда они не смогут похвастать всеобщей любовью. Вот и нашего главного героя ненавидели буквально все – от стара и до млада. И все из-за того, что он честно и самоотверженно выполнял свой долг.

Регулярно его даже били - пускай и не кулаком, а всего лишь открытой ладонью - и даже душили подушкой. И все это лишь с одной целью – чтобы заткнуть нашему герою рот и не слышать от него больше ни звука. И что самое обидное, те кто делал такие нехорошие вещи с нашим героем, те, кто его ненавидел всем сердцем, сами позвали его, и сами нуждались в его помощи. И вот такая вам благодарность… Неужели люди не понимали, насколько трудно было ему постоянно быть на взводе, ежеминутно ощущать в себе обратный отсчет, чувствовать свою полную ненужность после выполнения задания? Но едва ли, кто-нибудь из тех, кому он помог, кого спас от увольнения или просто головомойки, говорили ему простое человеческое «Спасибо».

Но наш герой был выше всех этих неприятностей. Нелюбимый и проклинаемый всеми, он все так же стоял на страже трудового кодекса и системы образования. Иногда он думал о своем скромном вкладе в народное хозяйство, который заключался в спасенных трудовых часах, и уроках, которые благодаря ему посетили нерадивые ученики. И в такие минуты он был столь же неотвратим, сколь и первые петухи, а голос его звучал так же мощно, как звук заводских гудков. И тогда наш главный герой говорил сам про себя: «Не спрашивай, по ком звонит Будильник – я звоню по тебе».

А вы говорите, кто рано встает, тому Бог подает…
germes21: (Default)
Василиса и Агриппина были вместе еще тогда, когда были простыми икринками. Потом они вместе ходили в школу для головастиков, учились прыгать, ловить мух и квакать, и даже когда они выросли, подружки-лягушки все равно проводили много времени друг с другом. Этому не помешало даже то, что Агриппина выскочила замуж, а сделала она это, надо признать, раньше свой подруги, хотя Василиса была крупнее, мясистей, зеленее, на ней было больше слизи и она просто неподражаемо надувала щеки. Причина была в том, что Василиса не собиралась связывать свою судьбу с первым встречным – она ждала своего волшебного принца.

- Подружка, - доброжелательно говорила Агриппина, когда подруги выбирались на самый край болота, чтобы посмотреть на звезды. – Тебе нужно как-то устраивать свою жизнь. Нельзя же все время быть одной. Да за тобой полболота сохнет, от парней отбоя нет, а ты все ждешь не пойми кого!
- Ох, - томно возражала Василиса. – Я жду настоящей любви, страсти, приключений! Некоторые в моем возрасте уже путешествуют - на утках летают. Я же кроме нашей трясины ничего в жизни и не видела! А с твоими женишками, от которых отбоя нет, ничего и не увижу!
- Гаврила - чем тебе не жених? – настаивала Агриппина. – И трудолюбивый, и хозяйственный, и мух ловит. А если он не подходит, то Тарас есть или Никодим.
- Никодим слишком толстый, Тарас – ленивый, а Гаврила твой заикается, когда квакает! – заявила разборчивая красавица. – Зачем мне муж-заика? Нет… У моего все должно быть идеально!
- Принца, значит, ищешь, - скорбно заметила подружка. – И чтоб всенепременнейше на белом коне?
- Да, - призналась Василиса. – Это очень важно, чтобы на белом!
- А если не дождешься? – осторожно спросила Агриппина. – Вон ты уже и оземь билась сколько раз, а царевной не стала. Стрел со всего болота к себе понатаскала, а царевича Ивана все нет! Бродит где-то, дурак-то твой!
- Побродит-побродит и ко мне придет, - обиделась Василиса. – Мне не нравится, как ты говоришь…
- Да пойми ты, я ведь добра тебе желаю. Не будет ничего хорошего от принцев этих! Вот братец мой двоюродный – женился на Дюймовочке. Так она через месяц от него к эльфу сбежала, да еще и кувшинку себе отсудила. Теперь ему-дураку и жить та негде – мыкается по родственникам. И ты хочешь, чтоб с тобой такое случилось? Держись лучше своих! Место лягушке в болоте, а не во дворце…
- Не хочу тебя слушать! Оставь меня! – закричала на подругу Василиса. Впрочем, и Агриппина не осталась в долгу – она даже надулась от обиды и молча попрыгала домой готовить мужу суп из свежепойманных комаров.

А Василиса осталась одна. Она смотрела на звезды и молила их о чуде! И, надо признать, жаркие молитвы лягушки не остались без ответа. Не прошло и получаса, как к болоту вышел красавец-мужчина, в огромных ботфортах со шпорами, в кожаном колете, под которым виднелась шелковая рубашка, и длинном темном плаще. Поправляя шпагу на боку, он недовольно покручивал лихой мушкетерский ус. В общем, принцем может он и не был, зато был чудо как хорош, и сразу же пленил неприступное сердце Василисы. И, глядя на своего избранника, она изо всех сил закричала:
- Принц, судьба моя, вот она я! Поцелуй меня и я превращусь в прекрасную царевну!
Мужчина услышал ее голос и сказал на непонятном языке:
- Qu'est-ce? Je ne vous comprends pas! Parlez-vous franсais?
Впрочем Василиса квакала так громко и прыгала так высоко, что сказочный принц очень быстро ее заметил.
- Grenouille. J'aime les grenouilles - сomme c'est delicieux! - радостно закричал он, что на понятном для Василисе языке означало бы «Лягушка! Я люблю лягушек – это очень вкусно»!
Незнакомец поймал несостоявшуюся принцессу, положил в мешок и пошел готовить ужин.

А вы говорите, принцев мало и на всех их не хватает…
germes21: (Default)
Первая: Так, сестры, он сейчас опять возьмется за свое. Давайте-ка чего-то думать, а?
Четвертая (причитает): Ну, сколько можно, сколько можно!! Только ведь стали на ноги, только начали все сначала… Когда же он оставит нас в покое?
Первая: Хватит ныть! Нытьем делу не поможешь! Говорите только по существу!
Вторая (рассудительно): По существу, он круглый дурак. Но это не самая большая проблема. Важнее, что он действует не сам по себе – его направляют. А значит, с ним договориться точно не получится.
Девятая: А может… Может мы его чем-нибудь накормим?
Первая: Чем? У нас все пусто – хоть шаром покати.
Третья (саркастично): Вот именно – шаром покати. Зато полы надраены…
Первая: Твои шуточки так же неуместны, как причитания Четвертой. Если кто не заметил, времени осталось совсем мало!
Седьмая (философски): А может это наша судьба, пасть по ударом слепой силы и прильнуть к породившей нас земле.
Первая: Очень вовремя. Если ты и правда так думаешь, то падай прямо сейчас. Зачем его ждать? Только сама! Без нас.
Вторая (рассудительно): В конце-концов нас целых десять, а он всего один. Возможно, мы сможем как-то ему сопротивляться?
Шестая (скучным голосом): Мы не правильно стоим, сестры. Наше взаимное расположение больше подходит для атаки. Именно в таком строю в 1242 году ливонские псы-рыцари напали на…
Первая: Вот это сейчас просто жизненно необходимо знать нам всем! Сестры, мое терпение заканчивается! Спрашиваю напрямик! Что будем делать?
Четвертая: А может мы спечемся, и он нас просто не заметит, и накатывать не будет?
Пятая(грубо): Наезжать-ля, дура! Наезжать-ля, а не накатывать! Накатывают-ля пиво! Из кега-ля… Холодное такое, вкусненькое
Первая: Пятая, где ты подцепила это «–ля» свое? На деревообрабатывающей фабрике? Что до предложения спрятаться. Говорю сразу! Если кто-то думает, что я приму удар только на себя – он сильно ошибается! Я одна не упаду – я вас всех за собой потяну!
Седьмая и Десятая(Хором): Ну конечно – «удар на себя»! Да чаще всего достается не тебе, а нам двоим!
Первая: А так вам и надо! Думаете – ваша хата с краю? Вот за это первыми и пострадаете!
Восьмая (романтично): А может он просто так любовь проявляет? Ну знаете, как мальчишки в детстве дергают понравившихся им девчонок за косички? А этот дурашка нас валит. Может ему объяснить, что мы не пытаем к нему столь теплых чувств, и он оставит нас в покое?
Третья(столь же саркастично): Объяснить? Да он же как пушечное ядро просто! Как ему объяснишь? И потом, вы видели у него эти дырки? Это точно от пуль! Он же типичные бандит по своей сути!..
Первая: Сестры, сестры… Вот он!! Вот он!!
Все (кричат): Мамочка!! На помощь!! Уйди, хулиган!!

Молодой парень внимательно следил за своим шаром для боулинга и, когда тот сшиб все десять кегль сразу, повернулся к своему другу, сверкая самодовольной ухмылкой:
- Ну, как?
- Просто асс. – весело подтвердил друг: - А теперь моя очередь. Давненько, давненько не бывал я в кегельбане…
С этими словами он взял свой шар и подошел к дорожке, в конце которой уже стояли десять новых кегль.

А вы говорите, один за всех и все за одного…
germes21: (Default)
Их встреча была совершенно случайной. Более того, вряд ли кто-то мог предположить, что в одном месте соберутся три таких разных персонажа. Но… чего только не бывает в этой жизни! Встретившиеся поздоровались. А потом и до представлений дело дошло.
- Надо же, - усмехнулась первая - бледная и неопрятная - второй. – Выходит мы тезки!
- И меня так иногда называют, - задумчиво вставил третий и глубоко вздохнул.
- А на самом деле как тебя зовут? – поинтересовалась вторая, одетая в пестрый глянец.

Третий - плосковатый, но тоже достаточно ярко одетый - промолчал.

Обсудили погоду.
- Я жару не люблю, - честно признала вторая. – Я вот прямо таки плавлюсь на солнце.
- Жара – это от плохой экологии, - решительно заявила первая. – А плохая экология, потому что деревья рубят. Я вот, к примеру, всегда бумагу экономила, это ведь значит, что я и деревья защищала, ведь так?
- А я ежей боюсь, - не к слову прибавил третий.

Заговорили о работе.
- Образование, - гордо сказала первая. – Хотя надеюсь, что перейду к более высоким сферам. К искусству, например, или архитектуре.
- Безопасность, - выдавил из себя третий и глубоко вздохнул.
- Внутренние органы? – поинтересовалась первая.
- Органы, это да… - ни на кого не глядя, неопределенно заметил третий.
- А, поточнее? - настаивала первая.
- Чего вы ко мне пристали? Это что, допрос? – обиделся третий.
- И правда, чего ты прицепилась, - вставила вторая, и улыбнулась. – Обычно я ко всем цепляюсь, а тут…
- Давайте еще надуйтесь оба, - рассмеялась первая и примирительно спросила вторую, - А ты-то где работаешь?
- Трудно точно сформулировать… - задумалась вторая. - Представьте себе нечто среднее между кондитером и стоматологом.

Перешли к политике.
- Взять бы их всех, и стереть из нашей жизни! – грозно нахмурилась первая. – Достали, потому как, сил просто нет!
- А я бывала в Парламенте, - вспомнила вторая. – Они когда работать и голосовать не хотят – всегда меня зовут.
- Мне они все как родные – тихонько пробормотал третий.

Решили пооткровенничать.
- Я вот работаю, и все время боюсь, что что-то не то уничтожу. – поделилась проблемами первая. – Обычно это все каляки-маляки, конечно, но вдруг что-нибудь вроде эйнштейновского Е=mc2 попадется?
- Меня тоже самое волнует, - подтвердил третий. – Только из-за меня не просто формулы, самого Эйнштейна может не быть…
- А я даже не знаю, - легкомысленно протянула вторая. – Вот знаете, когда мужики дерутся, они зубы друг другу выбивают. Вот и я тоже…
- Драться любишь? –уточнила первая.
- Нет, зубам тоже врежу.

Появился хозяин.
- О, явился, - недоброжелательно проговорила первая – Стирательная резинка. – Черчение делать он не хочет, а вот по кабакам шляться пойдет. Опять буду без работы.
- А у меня, значит, все наоборот, - сказала вторая – Жевательная резинка. – Зубы он сегодня не чистил, значит, наверняка меня сегодня с собой в ночной клуб возьмет.
- И меня, - поддакнул третий – Презерватив. - Ну так, на всякий случай….

А вы говорите, что в имени моем?..
germes21: (Default)
Первый был невелик размером, круглоголов и весь в белом. Второй – чернявый, был куда выше и шире в плечах, но зато настолько тощ, что казался абсолютно двумерным. Фактически, они занимались одним и тем же делом, но видимо так легли карты, что раньше они никогда не встречались. Впрочем, молчать в такой ситуации было бы глупо, и оживленный разговор завязался в самом дебюте – каждому не терпелось поведать о собственных бедах.
- Здравия желаю, - степенно начал первый. – Позвольте поинтересоваться, как идут дела у моего фартового друга?
- И Вам мое «здрасти», служивый, - развязно ответил второй. – А что до дел, то врагам моим такие дела. Веришь ли, что ни день - то попадаю в раздачу.
- Вот как? И удается выпутаться из таких переделок?
- Да где там, - вздохнул чернявый. – Каждая сошка, не говоря уже о тузах расфуфыренных, бьет меня ну просто смертным боем. Не успеешь оглянуться, как уже валяешься в отбое. И где мое счастье? Я ведь и правда в рубашке родился… А тебе служивый, больше в жизни повезло?
- Да какая жизнь вообще может быть у солдата? – философски заметил первый. – Не жизнь, а одни приказы. Сказали тебе – не шагу назад, так изволь исполнять. Только вперед, только вперед… А зачем – не моего солдатского ума дело. Служи и радуйся, если командование, из каких-нибудь высших соображений не пожертвует тобой еще в самом начале. И хоть бы обращались с тобой по-человечески - но это нет! Все время мат, все время мат...
- И не говори служивый, - печально поддакнул второй. – Видать у нас у обоих расклад такой, что не позавидуешь. И как изменить судьбу, как наверх продраться? Если веса в тебе нет – кому до тебя дело есть? Связи нужны, а откуда у нас, бедовых, связи. Я шестерю на тех, кто посильнее, да и ты, видать, тоже не фигура…
- Увы, но это так, - согласился первый. – И ведь никакой надежды, что что-нибудь лучше станет! Бывает, выполнил ты задание, и награду ждешь, потому как путь весь прошел и дальше вперед уже идти просто некуда! Кажется, вот она – удача! И на заслуженное понимаешь, что на самом деле – стоишь на самом краю. Тебя снимают, а на твое место ставят какого-нибудь офицерика, или особу королевской крови. А сам изволь обратно в казарму! А чтоб Вы знали, мой фартовый товарищ, казарма то у нас – ей-же-ей коробка! Не то чтоб встать в полный рост – повернуться трудно.
- Ох уж эта «золотая молодежь», - запричитал второй. – С виду – чисто картинки, а ведут себя, ну просто - короли! И все же у них: и власть, и сила, и дамы.
- Что мы для них? – подытожил первый. - Пыль под ногами. Разве могу я или сослуживцы мои сравниться для них по цене хотя бы с той же лошадью? Да не в жисть… А про животинку поболе - ну навроде слона - так и говорить не о чем!
- Ничего же!, - злобно прошипел второй. - Сложатся обстоятельства и мне в масть! Буду и я козырный, будет и мне все дозволено! И пусть тогда поберегутся! – чернявый немного помолчал, успокоился, и мечтательно добавил. – Эх, мне бы потеряться, да найтись - другая бы жизнь у меня началась. Может, читать бы начал. Я к книгам всегда слабость имел, да и закладывать люблю…
- Закладывать не хорошо, - наставительно заявил круглоголовый. – Ни товарищей, ни за воротник!

Но тут их беседа была прервана - в комнату вошли два мальчугана. Им было скучно, но они никак не могли решить, чем бы таким им заняться.
- Давай так, - сказал мальчик по старше, и, заметив наших героев, взял их в руки и засунул за спину. – В одной руке у меня пешка, а в другой шестерка пик. Назови руку!
- Ну… Пусть будет правая!
- Смотри! – и мальчик предъявил зажатую в правой руке пешку. – Значит играем в шахматы!
germes21: (Default)
В качестве предисловия. Я тоже когда то рыжим был. А теперь - нет :(((

Ничто не предвещало никаких неприятностей. И лес был, как лес - все листья обнюханы, все стволы помечены, все тропки хорошо знакомы, и погода была лучше не придумаешь – ни тебе тумана, ни тебе даже какой-нибудь дымки. А все равно беды избежать не удалось, и свалилась рыжая лиса прямиком в яму. Откуда эта яма взялась не так уж и важно, может, выкопал ее старый охотник, а может, и сама по себе появилась. Главное же в том, что была она настолько глубокая, что самостоятельно выбраться и такой напасти у нашей рыжей героини не было никакой возможности. А следует добавить, что заканчивать жизнь свою на дне какой-то ямы ни коем образом в планы лисицы не входило. Была она как раз в том возрасте, когда молодость еще не ушла, а опыт уже появился, и потому умирать она совсем не собиралась, а хотелось ей напротив, плотно поужинать. И решила лисица оставить свои тщетные попытки и подождать, пока что-нибудь не произойдет. И была у нее твердая уверенность, что это что-нибудь произойдет всенепременнейше, потому как негоже сказке заканчиваться на самом интересном месте. И точно! Не прошло и двух часов, как показался у самого края ямы большой длинноухий заяц.

- Доброго денечка, заяц, - поздоровалась Рыжая самый медовым своим голосом.
- И тебе не болеть, хозяюшка, - вежливо ответил Косой, и осторожно подошел еще ближе к краешку, чтобы вволю налюбоваться на уже безопасного для него хищника.
- А окажи-ка мне услугу, заяц, - чуть слышно попросила лисица, - Помоги мне выбраться. Тебе только-то и нужно сделать, что наклонить сюда вон тот куст, а дальше я уже как-нибудь сама…
- Ты что, лисица, на солнце перегрелась или белены с голодухи, в яме, объелась? – возмутился заяц. – С чего бы я стал тебе помогать? Забыла уже как дядьку моего двоюродного и бабушку родную задрала и съела?
- Эх, длинноухий, - вздохнула лисица. – Такой большой, а такие глупости говоришь! Я ж для вас, зайцев старалась! Дядька та твой, хромоногий был. Отбил бы он у тебя жену твою, и детки бы тоже хроменькими уродились. А так здоровыми будут! А бабка ваша, так уж, простите, свое давненько отжила. Признаю, я ее съела, но вам та, зайцам, оттого больше еды остается теперь!
- А за мной тогда почему бегаешь все время? Я ж вроде и молодой еще, да и здоровьем природа не обидела, - задумчиво спросил заяц.
- Опять же для пользы твоей, Косой, и сугубо в профилактических целях! Вон ты какой сильный и быстрый, а все потому, что от меня по лесу бегаешь. Подумай сам! Ну какая без меня вам, зайцам, жизнь будет в лесу? Скучная да пресная. Никакого адреналину! Станете вы, зайцы, толстые и ленивые, и вас лисицы из соседнего леса проще простого поймают и сожрут. Так что не глупи, ушастый, и меня из этой ямы вытащи.
- Ну не знаю, - пошевелив носом, неуверенно сказал заяц. – Вытащу я тебя, к примеру, а ты меня возьмешь, и съешь!
- Не съем, Косой! Даю тебе самое честное слово! Спасешь меня, и ни на тебя, ни на детишек твоих охотиться не буду, - пообещала лиса. – Разве я тебя когда-нибудь обманывала?
- Ты меня убить хотела, - напомнил заяц.
- Так то убить! Но честно ведь убить! А чтоб обмануть – так это же я никогда!
- Ну, ладно, - вздохнул заяц, наклонил ветку куста и помог лисице выбраться из ямы. Очутившись на свободе, Рыжая вылизалась, вычистила уши от комочков земли и, показав красный язык (а так она улыбалась)своему спасителю, сказала:
- Ну, спасибо тебе, ушастый. Выручил ты меня! Погибла б я без тебя, как пить дать, герой ты мой! Только знаешь, Косой, пока я в яме сидела, то так проголодалась…

И съела лисица зайца.

А потому что не нужно верить наглым рыжим мордам…
germes21: (Default)
Слуга науки

Ее величество Наука располагает целой армией, которая ежедневно, ежеминутно, раздвигает ее горизонты все дальше и дальше. В армии этой есть как генералы – профессора и академики, так и солдаты – лаборанты и простые студенты, но каждый из них добросовестно и самоотверженно вносит вклад в общее дело. Наша героиня тоже не мыслила свое существование без науки. И свое место оценивала так – может она и не из первых, но уж точно не в задних рядах прохлаждается.

И, по большому счету, у нее были основания оценивать себя настолько высоко. В конце концов, ее присутствие, зачастую и незримое, ощущалось во множестве научных работ, начиная с тех, за которые преподаватели ставили двойки и отправляли на пересдачу, и заканчивая теми, которые не сегодня-завтра перевернут все научные представления ну просто с ног на голову. Наша героиня считала, что ее работа – быть связующим звеном любого научного трактата. И, действительно, ее труды буквально пронизывали конспекты и рефераты с обложки до оглавления, а без нее все распадалось на сотни зачастую несвязанных друг с другом листов бумаги.

Наша героиня была вполне довольна собой, и когда в ее присутствие говорили о суперсовременном клее или новейших технологиях переплета, она лишь высокомерно усмехалась. В конце концов, разве слышал хоть кто-нибудь, чтобы Альберт Эйнштейн чесал свой знаменитый нос или ковырялся в ухе клеем или переплетом? А это означало, что нашей героине – Канцелярской Скрепке – совершенно не о чем было волноваться: место в науке ей было обеспечено еще на долгие-долгие годы.

А вы говорите, нет героев в своем отечестве…

***
Остановись, мгновение...

Время течет неумолимо и непостижимо. Время течет постоянно, и в одном и том же направлении. Каждый миг будущего постепенно перетекает через настоящее в прошлое и исчезает там навсегда. Но скорость движения известна лишь самому Времени, и каждый, кто посмеет тягаться с ним, неизбежно проиграет.

Впрочем, наша героиня уже и забыла, когда последний раз бегала со Временем наперегонки. Старомодная, приятной окружной наружности, она давным давно сохраняла полнейшее спокойствие. Живи она в Англии, про нее бы сказали, что ее руки не шевелятся, но и так было понятно, что никакая сила в мире не заставит ее сделать еще хотя бы одно движение. Впрочем, несмотря на это, она сумела сохранить за собой свое место, хоть, понятное дело, не привлекала теперь столько внимания, как раньше. Но нашу героиню это нисколько не расстраивало. Все дело было в том, что она знала один секрет, который позволял ей свысока смотреть на своих не столь консервативных коллег. Они работали, спешили, опаздывали, но никто из них не мог достичь результатов нашей героини. Дважды в день она, не тратя ни на йоту энергии, делала то, что они, ее современные конкуренты не могли сделать и за всю свою жизнь. Дважды в день точность ее результатов была 100%, о чем все прочие могли только мечтать.

И когда наступал ее час (а бывало это в 18.44 и 6.44), наша героиня - старые, давно остановившиеся часы с циферблатом - позволяла себе совсем немножко погордиться. Ведь только она понимала, что чтобы показывать точное время, нужно было всего-навсего остановиться! И пускай никто другой и не будет знать, что время, которое показывают поломанные часы – самое что ни на есть правильное.

А вы говорите, старый конь борозду не испортит...
germes21: (Default)
Она (кричит): Что Вы делаете, нахал!!
Он: О, мадам, это только от любви к Вам!
Она: Прекратите! Вы же просто вгрызаетесь в меня! Вы делаете мне больно!
Он (шепчет): О, клянусь, это лишь от моей безграничной страсти к Вам, мадам! И давайте забудем это слово – вгрызаться, оно грубо и вульгарно. Это покусывания любви!
Она: Называйте, как хотите, но извольте прекратить!
Он: Ну почему же, мадам? Давайте дадим разгореться огню нашей страсти! Откройтесь мне, мадам!
Она: Открыться? Вам? Могу поспорить, Вы это говорите всем своим знакомым барышням!
Он (обиженно): О, мадам!
Она: Что «О, мадам»? Неужели, у Вас хватит наглости заявить, что я у Вас первая?
Он: Не скрою, мадам, грешен! У меня были и другие, но все они были до Вас. А сейчас для меня есть только Вы!
Она (заинтересованно): Отчего же так, соизвольте сказать, милостивый государь? Ведь я совсем не ваш типаж!
Он: Почему же не мой?? Вы такая мясная, или, если угодно мясистая! О, мадам, Ваша красота просто сводит меня с ума! Давайте соединим наши тела и помыслы! Молю, мадам, покажите мне Вашу душу, я так хочу знать, что у Вас внутри!
Она: О, нет, нет… Я не могу на это пойти! Ведь если я откроюсь перед Вами, то после того, как Вы насытитесь моим внутренним миром, я останусь совсем пустой! Разве я могу пойти на такое! Никогда… Никогда…
Он (рассудительно): Вы слишком пессимистично смотрите на мир, мадам. Пускай Вы останетесь пустой, но зато сбросите лишний вес! У вас появится фигура – ведь сейчас, увы, даже талию от бедер отличить невозможно.
Она (насупившись): Вот значит как Вы заговорили?
Он (вдохновенно): О, Вы и так великолепны! Но станете еще краше! А потом, что Вы видели от этой жизни кроме кухни и кладовок? А после встречи со мной перед Вами откроется весь свет! Вы сможете, наконец, выйти на улицу и увидеть мир! Сможете забыть о домоводстве, перед вами откроются все дороги! Вы любите котят? Сможете пообщаться с ними. Или заняться футболом, пускай и любительским. Или поедите в свадебное путешествие с молодоженами! А может быть, Вам нравится шоу-бизнес? Тогда займитесь музыкой! Думаю, ударные подойдут Вам лучше всего.
Она(мечтательно): Вы так красиво говорите. Какие перспективы… У меня просто нет слов. Хорошо же, я Вам доверюсь. Продолжайте…
Он (продолжает).
Она (внезапно насторожившись). А Вы меня не обманите?
Он: Как можно, мадам?? Если хотите, я ведь и жениться готов! Я отдам Вам самое дорогое, что у меня есть – свою фамилию!
Она: Это так неожиданно, я и не думала о женитьбе… Однако, Вы такой галантный кавалер, что я просто не в силах устоять. И, конечно же, скажу «Да!». И тогда, если Вы – месье Консервный Нож, то я буду…
Он: Мадам Консервной Банкой, любовь моя…

А Вы говорите, любовь зла…
germes21: (Default)
- А ну ровнее!! Ровнее я сказала, - скомандовала первая. Впрочем, её командирские замашки только оскорбили второго, который возмущенно заметил:
- Спрячьте зубы, Вы, генерал все не пойму чего. И оставьте меня в покое!
- То есть как это в покое? – опешила первая. – Как отвечаешь, молодой? У нас тут знаешь, как бывает? Или «Есть, мэм», или «Никак нет, мэм»! Все ясно, или повторить? Иш, борзый! Через меня прошли сотни тысяч таких как ты, и все стали ровнее, а этот тут выкобенивается!
- Не расчесывайте мне нервы, фифа с зубчиками, - злобно отмахнулся второй. – Меня не интересуют оба варианта. Но больше всего Ваше «ровней-ровней». С чего бы это я слушал Ваши команды? Не собираюсь я ровней, меня устраивает и так, как есть сейчас.
- Кудряво рассуждаешь. Только не пойму я, как это тебя может устраивать? Ты что - особенный? – административно возмутилась первая. – Против коллектива идешь? Весь коллектив хочет быть ровнее, а ты, значится, нет? Напомнить, кто ты без коллектива? Тебя ж пинцетом только и брать и под микроскопом рассматривать! Только кому ты интересен – только еду портить и можешь.
- Ой-ой-ой! Коллектив! Какой замечательный эвфемизм! А что мне дал тот коллектив? Ничего! Так что и я ему ничего не должен.
- То есть как это ничего? А кормил тебя кто – витаминами разными, маслом облепиховым, экстрактом крапивы и вытяжкой из овса, - не согласилась первая. – А когда насекомые замучили? Помогли тебе? Помогли! Я ведь лично, вот этими вот…
- Ну конечно! И все это было мне, - перебил второй. – Это все для Вашего любимого коллектива, а не для меня. А мой номер был шестнадцатый, притом скорее всего в степени n.
- Что же ты несешь, - запричитала первая. – Как же тебе не стыдно! Подумай о своих корнях!
- Ой-ой-ой, вот только не надо мне вашего пластмассового патриотизма, - отмахнулся второй. - Тем более, что корень у меня всего один.
- Ну, хорошо же, - злобно зашипела первая. – Не хочешь по-хорошему, можно ведь и по-плохому. Не боишься, несогласный, что тебя подрежут?
- Вот это угроза! – рассмеялся второй. – Меня первый раз порезали, когда Вас еще в проекте не было. Сугубо по детской глупости, между прочим. И сколько с того раза меня резали… Не сосчитать! Так что если и у Вас есть такое желание - режьте. От меня не убудет.
- Смелый, да? А если сделают с тобой тоже, что с Уильямом?
- А что с ним случилось? – поинтересовался второй, впрочем, без особого любопытства.
- Он, гад, переметнулся – окрас поменял! Белая ворона… Пришлось вырвать его из наших рядов, - сурово заявила первая. – Из-за него коллектив бы стал похож на старых бабушек, которые на лавочках у подъездов сидят! Так может, станем ровнее без крайних мер?
- Как-то Вы не страшно пугаете, уважаемая, – честно ответил второй. – Ну, вырвете меня, а знаете, сколько таких, как я? А дальше что будете делать? Будете плешь чесать?
- Ладно, - сдалась первая. – Раз уж ты такой упрямый, давай сделаем так, Волос. Хочешь в презентационную прядку, которая на лоб спадает? На нее все внимание обращают, может, и тебя заметят…
- А Вы, Расческа, пообещаете, что при этом меня не вырвут как тот седой волосок?
- Обещаю, - вздохнула Расческа. – Так что? «А ну ровнее»?
- Есть мэм, - отрапортовал Волос.

А вы говорите, что каждый получит по заслугам...

Profile

germes21: (Default)
germes21

June 2017

S M T W T F S
     1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
252627282930 

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jun. 24th, 2017 10:26 pm
Powered by Dreamwidth Studios